• ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: Личное (список заголовков)
18:58 

Мьёльнир
Ум богатеет от того, что он получает. Сердце – от того, что оно отдает
Сообразил на мини-бар. Сижу, гляжу на него и думаю, а действительно ли Hennessy XO?

@темы: {◕ ◡ ◕}, бухай, рванина!, день гранёного стакана, личное, омск головного мозга, размышлизмы

05:52 

С днём связи!

Мьёльнир
Ум богатеет от того, что он получает. Сердце – от того, что оно отдает
С днём связи всех причастных! :)))



Кто ебётся в дождь и грязь?
Наша доблестная связь!
Если нет дождя и грязи,
Нас ебёт начальник связи.

@темы: работа - не волк, работа - work, пушистый мягкий хуй, омск головного мозга, непобедимая страна, личное, день гранёного стакана, бухай, рванина!, {◕ ◡ ◕}

19:39 

Мьёльнир
Ум богатеет от того, что он получает. Сердце – от того, что оно отдает
Такого секса, как сегодня при сборке кровати, у меня давненько не случалось...

@темы: {◕ ◡ ◕}, жопа дьявола, кишки наружу, личное, омск головного мозга

13:44 

А теперь - песня.

Мьёльнир
Ум богатеет от того, что он получает. Сердце – от того, что оно отдает
Сел побренчать на гитаре и, неожиданно для самого себя, написал песню.
Оставлю и тут. Для потомков. :)

Добрый молодец
Em C G
Добрый молодец гуляет
H7 Em
С непокрытой головой,
C G
Одёжа поистрепалась,
H7 Em
Крестик на груди чужой.
Добрый молодец гуляет,
Он со всей Землёй на «ты»,
Но разорвана рубаха
И приспущены порты…

Добрый молодец поднялся
Очень рано поутру,
Дунул, плюнул и подался
Во чужую сторону.
Коли сам не разумею,
То подскажет, может, кто,
Как заштопать мне рубаху
И не потерять портов.

Добрый молодец шагает
На восход и на закат,
Но нет ниток для рубахи
И порты с колен висят.
Добрый молодец шагает,
Но всё взять не может в толк,
Нет рубахи без иголки,
А без головы – портов.

Чтоб достать иголку с ниткой,
Стоит руку протянуть.
Только для начала нужно
Порты да подтянуть.
И чтоб в голову не дуло
Шапку да с земли поднять,
Крест родной вернуть на грудь,
На закат не уповать.

@темы: творчество, размышлизмы, музыка дырявых крыш, личное, день гранёного стакана, бухай, рванина!, {◕ ◡ ◕}

17:12 

быть Нилом Гейманом

Мьёльнир
Ум богатеет от того, что он получает. Сердце – от того, что оно отдает
На КолФане объявили тему.
Это или я недоразвитый, или...
Скажите, дорогие мои, кто-нибудь из вас читал или хотя бы слышал такое имя - Нил Гейман?

Вопрос: Гейман?
1. Читал  6  (54.55%)
2. Не читал, но слышал  1  (9.09%)
3. Не читал и не слышал  2  (18.18%)
4. Гейман? Пидор что ли?!  2  (18.18%)
Всего: 11

@темы: творчество, пушистый мягкий хуй, омск головного мозга, личное, кишки наружу, жопа дьявола, день гранёного стакана, бухай, рванина!, Нил Гейман, КолФан, {◕ ◡ ◕}

10:50 

Мьёльнир
Ум богатеет от того, что он получает. Сердце – от того, что оно отдает
Наебнулся комп. И я до сих пор не могу вкурить, где ему было плохо перед смертью.

@темы: размышлизмы, личное, кишки наружу, жопа дьявола, {◕ ◡ ◕}

15:08 

С праздником, девочки!

Мьёльнир
Ум богатеет от того, что он получает. Сердце – от того, что оно отдает
Любви, бурлящей как ручей.
И жарких чувств, таких как лето.
И чтобы праздник в этот день
Был озарён теплом и светом.

Чтоб сёдня было хорошо
И чтоб неплохо было завтра,
Чтоб весь последующий год
Был словно день 8 марта!

з.ы. пардон за неуклюжие вирши)

@темы: 8 марта, {◕ ◡ ◕}, бухай, рванина!, день гранёного стакана, кишки наружу, личное, непобедимая страна, омск головного мозга, пушистый мягкий хуй, творчество

13:39 

Мьёльнир
Ум богатеет от того, что он получает. Сердце – от того, что оно отдает
К дню св. Валентина. С праздником!

Братство заплатки

www.proza.ru/2015/02/17/1041


На планёрке объявили день повышенной нагрузки. Мол, самое время поправить худые производственные планы. Поэтому, не время отлынивать, марш-марш работать!
Все разлетелись по отделам с улыбкой. Нет, не с глупой, мы ж не идиоты. Просто мы все, можно так сказать, энтузиасты. Взять хотя бы меня.
Я люблю свою работу и, как бы кому это ни казалось странным, получаю от неё удовольствие. И даже сегодня, когда у нас ожидается дополнительная нагрузка, я не унываю. Хотя и знаю, что никто мне не заплатит.
Но я не меркантилен. Мне деньги-то особо ни к чему. Ведь здесь, в кафе, где я работаю, завсегда и без того нальют, да накормят. Бесплатное обслуживание за счёт «заведения».
Да, кафе «Заплатка» - замечательное место. Всегда уютная и доброжелательная атмосфера. Здесь почти всегда тихо и не бывает лишних посетителей. И не только потому что название малопривлекательно.
Мы – небольшая и нераспиаренная фирма, маленькое братство, которое не может себе позволить аренду крупных помещений в центре города, чтоб отстроить популярные ныне клуб, стрип-бар или яркое кабаре. Но у нас свой контингент посетителей. Да, их немного. И поэтому им обеспечиваются индивидуальный подход и гарантированная помощь.

Стою у дверей, разглядываю приближающихся парня и девушку. Идут «под ручку». Свободной рукой девушка прижимает к груди шикарный букет. Если б счастье было солнцем, я бы вмиг ослеп.
Явно, не наши клиенты. А идут прямиком в «Заплатку». Придётся отваживать. А я в этом деле не ахти мастак.
- Здравствуйте! Меня зовут Михаил. Чего изволите? В кафе пройти? Простите, никак нельзя. - Вижу недоумение в глазах влюблённой парочки. - Поверьте моему опыту, вам лучше найти другое заведение.
Девушка надула губки. Парень насупился, глядит исподлобья.
Ох, уж эта современная молодежь. Сейчас, как пить дать, упрямиться, ругаться начнут…
- Так вот, зовут меня Михаилом, - повторяю сурово и делаю предупреждающий жест, останавливающий оскорбления, готовые сорваться с губ ребят, - И у меня очень нужная профессия. Я – строитель-каменщик. Замешать раствор, поправить кладку, укрепить швы и замазать трещины – это ко мне.
Замерли. Растерялись. Хлопают глазами.
Можно продолжать, пока недоумение не сошло с лиц. Мне то, что с того, что они не понимают, как строитель-каменщик может работать в кафе и почему не хочет пускать их внутрь.
- Прошу, не удивляйтесь! – Продолжаю. Обстоятельно. Обо всём по порядку. Лишь бы слушали и не перебивали. – Сотрудники нашей фирмы имеют самые неожиданные и разнообразные профессии.
Неопределённо машу рукой. Сейчас я им понарасскажу…
- Вот, например, у нас работает великолепная швея Ирина. Взглянешь на её крепкие и ровные стежки, и глаз радуется. И вмиг веришь, что не все дела шьются белыми нитками. Она обычно сидит в дальнем углу, незаметно, но эффективно выполняет свою работу, за что изредка получает от «шефа» дополнительные премиальные дни к отпуску.
В центре зала обычно орудуют Макс и Димон - кузнец и сварщик. Довольно шумная, но очень продуктивная парочка. Экстренно забить скрепы или заварить чего наглухо – всегда пожалуйста. Быстро и качественно.
А у барной стойки стоит ведро с раствором и лежит небольшой мастерок. Это мной облюбованное местечко.
За стойкой же располагается очаровательная барменша Оленька - шикарная блондинка с жемчужной улыбкой и идеальной грудью. Мы за глаза называем её «болеутолитель». Всегда знает чего и кому предложить.

От моей короткой лекции в понимании у молодёжи лучше не стало. По-прежнему всё сложно. Так и норовят протиснуться туда, где их не ждут. Девушка меня уже и психом окрестила.
Ну да, слишком уж издалека я зашёл в своих объяснениях. Но «Заплатка» - не стройка же, а культурное заведение, матом нельзя…
Что ж, выпрошу ещё каплю терпения. Хотя парень начинает злиться. Желваки на скулах так и играют.
А, вот и посетитель. Идёт стремительным решительным шагом. Наконец-то!
Пропускаю его внутрь, останавливаю рванувшуюся следом парочку:
- Да, вам – нельзя, ему – можно. И даже нужно.
Первый же клиент с утра – и сразу непростой случай. И терпения выпрашивать не пришлось.
- Простите, короткий перерыв на экстренное обслуживание. – Запираю дверь перед носом у влюблённых, бросаюсь в зал.
Они остаются глазеть снаружи. Ладно, чего уж, пусть смотрят, коли уходить не хотят. Правда, не знаю, что уж они там увидят…

Ситуация, действительно, сложная. В одиночку не справиться.
Молодой парень с отсутствующим взглядом. Одиночка с богатым внутренним миром, в котором, не зайди он к нам, вряд ли наступит завтра.
Идёт напрямую к стойке. Напиться храбрости, подготовиться к армагеддону личности.
Безответная любовь, что ж ты делаешь, сука!
Ладно. Схема отработана. Прорвёмся.
Киваю «болеутолителю», и та без слов наливает парню водки. И тут же включается вся наша дружная команда. Кузнец яростно работает молотом, вбивая скрепы в разбитое сердце, останавливая увеличивающиеся трещины. Сварщик опускает забрало и даёт работу своему аппарату - укрепляет скрепы полосами металла. Швея уверенными стежками стягивает края душевных ран.
И пока летят искры, застывает металл и мелькает игла, а улыбчивая Оля, подмигивая, подливает парню в рюмку, я беру в руки ведро с раствором и мастерок.
- Третью, Оленька, ему налей! Чтоб за здравие, а не две за упокой.
Тяп-ляп, и сердечко будет как новенькое. Были раны и трещины, и нет их больше.
Ещё минутка. Ну, вот и всё…

- Живи, парень! Иди домой. Всё будет хорошо. – Отпираю дверь, и молодчик с просветлевшими глазами, улыбаясь, горячо жмёт мне руку на прощание.
А эти влюблённые всё стоят у входа. И взгляд у них оторопелый, потерянный. Парень бледный, как привидение. Девушка не краше. Букет того и гляди из рук выпадет. Ну и,спрашивается, кто виноват, кроме их собственного упрямства?
- Ффух… - выдыхаю, пытаясь разрядить атмосферу, вернуть парочку в здесь и сейчас. - Видите, какая непростая работёнка. А ещё это ваше четырнадцатое февраля – дополнительная нагрузка в делах сердечных.
И тут то ли оторопь сама отошла, то ли «шеф» подсуетился, но в глазах девушки промелькнула искра понимания, взгляд стал осмысленным. И она, что-то пробормотав, торопливо увела очнувшегося благоверного за собой.
Хвала тебе, «Шеф»!
У кого праздник, а у кого и непростой рабочий день. Уверен, молодые останутся не в обиде за то, что я не пропустил их в «Заплатку». Им счастье и без ремонта на сердце дано.
Хоть в «Небесной канцелярии» этого и не одобряют, достаю сигарету. По старой памяти, когда ещё на стройке работал. Никак не могу избавиться от грешной привычки. Закуриваю и стою, втягивая седой дым, вслушиваюсь в звучание гармонии сердец. На третьей затяжке ловлю мощный приближающийся диссонанс.
Наш клиент.
Пора возвращаться к работе. Тем более что вновь потребуется мой мастерок…
запись создана: 14.02.2015 в 07:37

@темы: творчество, личное, день святого валентина, голь на выдумки хитра, {◕ ◡ ◕}

05:48 

Мьёльнир
Ум богатеет от того, что он получает. Сердце – от того, что оно отдает
Надеюсь, что это не аппендицит подкрадывается.

@темы: {◕ ◡ ◕}, здоровье, жопа дьявола, личное, кишки наружу

17:56 

Мьёльнир
Ум богатеет от того, что он получает. Сердце – от того, что оно отдает
Заколебался и купил-таки машинку для стрижки. Вышло точно не хуже, чем в парикмахерской)))

@темы: размышлизмы, пушистый мягкий хуй, омск головного мозга, личное, голь на выдумки хитра, {◕ ◡ ◕}

11:00 

15 лет...

Мьёльнир
Ум богатеет от того, что он получает. Сердце – от того, что оно отдает
Вчера было ровно 15 лет, как не стало отца. Раз память жива, значит он не умер. Ему просто пришлось уйти...

Кто-то может помнить его таким:
cloud.mail.ru/public/7a32c68d7cca/P1010027.JPG

Или таким:
cloud.mail.ru/public/3ccf260b38fb/%D0%BE%D1%82%...

Таким:
cloud.mail.ru/public/80ca5e57fe71/foto_%20001.j...

Таким:
cloud.mail.ru/public/d37d39e521ba/foto_%20004.j...

Таким:
cloud.mail.ru/public/be72ca7cc0f3/foto_%20012.j...

Или даже таким: )))
cloud.mail.ru/public/64a5d7e7543e/foto_%20011.j...

Я помню и люблю, каким бы и для кого он ни был. Я помню его Отцом.

p.s. Мужчины не плачут. Им просто иногда на глаза попадают капли дождя...

@темы: размышлизмы, отец, омск головного мозга, личное

09:01 

Мьёльнир
Ум богатеет от того, что он получает. Сердце – от того, что оно отдает
08:33 

Мьёльнир
Ум богатеет от того, что он получает. Сердце – от того, что оно отдает
Не знаю, как у кого, а у меня сегодня концерт. Водка, шампанское, коньяк, шампанское... И пивасиком шлифануть на бравобис. :D
Выйду ночью в поле с конём...

АПД. Полдвенадцатого. А мы опять в говно)))
запись создана: 31.12.2014 в 22:41

@темы: пушистый мягкий хуй, омск головного мозга, новый год, непобедимая страна, музыка дырявых крыш, личное, кишки наружу, день гранёного стакана, бухай, рванина!, {◕ ◡ ◕}

08:19 

Мьёльнир
Ум богатеет от того, что он получает. Сердце – от того, что оно отдает
Я поддался общей ебанухе.
Отложенные деньги решил спустись на покупку бытовой техники, пока деньги совсем не обесценились. Результат: +холодильник, стиралка, телик.

@темы: омск головного мозга, непобедимая страна, личное, жопа дьявола, {◕ ◡ ◕}

15:48 

Мьёльнир
Ум богатеет от того, что он получает. Сердце – от того, что оно отдает
Сегодня совершенно случайно умудрился выпить шампанского с девочкой из Краматорска. Жаль, что замужней)
Такая красивая русская девочка...

@темы: омск головного мозга, личное, день гранёного стакана, {◕ ◡ ◕}

07:00 

Мьёльнир
Ум богатеет от того, что он получает. Сердце – от того, что оно отдает
15:20 

Мьёльнир
Ум богатеет от того, что он получает. Сердце – от того, что оно отдает
07:19 

ЛохИздат

Мьёльнир
Ум богатеет от того, что он получает. Сердце – от того, что оно отдает
Получил сегодня дивное письмо по почте.

Здравствуйте, Максим!

Пишет Вам главный редактор издательства Altaspera Борис Юрьевич Кригер.
Наше издательство предлагает бесплатно опубликовать Ваш сборник произведений.



Пару минут умильно писал кипяточком. Потом открыл Гугл, просмотрел, что это за издательство. В задницу такой print-on-demand.
Издавать собственные почеркушки черти знают где за черти знают какие деньги для самого себя? Ну уж дудки! Русские ЛохИздаты типа Буквики и то дешевле, если уж хочется потешить собственное самолюбие, подержать в руках сборник собственных рассказов.
Сижу хихикаю, читая восторженные отзывы "писателей", воспользовавшихся лохиздатом.

@темы: {◕ ◡ ◕}, ебанушки маршируют в ногу, жопа дьявола, личное, мы сидели и курили, начинался новый день, пушистый мягкий хуй, творчество, фееричные долбоёбы

08:18 

Снегопад когда-нибудь кончится

Мьёльнир
Ум богатеет от того, что он получает. Сердце – от того, что оно отдает
С прошедшего КолФана-2014.
Снегопад когда-нибудь кончится

Улицы Гронингена накрыла противная ноябрьская морось. Зашедшие со стороны моря тучи обрекали вечер не только на серость и скуку, но также на дождь и промозглую сырость.
Маленькому Йосу, сжимавшему в руках потёртый скрипичный футляр, было холодно, и хотелось есть. Но дверь дома была прочно заперта изнутри на засов. И, несмотря на то, что в прорези занавесок окон второго этажа пробивался лучик света, мальчик знал, что он попадёт домой не раньше, чем уйдёт герр Кюрш. Этот богатый прагматичный мужчина с прошлого года столовался в доме Йоса, чья матушка готовила вкусно, а подавала обед всего лишь за четверть гульдена. Но последние несколько месяцев герр Кюрш, в отличие от прочих посетителей, начал подолгу задерживаться после трапезы. Порой бывало так, что ужин у Йоса начинался после того, как фонарщик зажигал фонари не только на центральной площади города, но и на прилегающей к ней узенькой улочке, где в ветшающем доме жили Йос с матерью.
В свои десять лет мальчик не знал, отчего герр Кюрш так допоздна гостит у них в доме и для чего мама запирает дверь изнутри. Однако после того как богатый посетитель уходил, мать всегда с особой заботой справлялась у Йоса о том, как прошли занятия в школе. Или кормила самыми вкусными оставшимися кусочками. И иногда, укладывая мальчика спать, незаметно клала ему в карман школьной куртки несколько стюверов. Так что в иной вечер Йос был бы и не против скоротать время на крыльце у двери или играя с приятелями на площади, но сегодня ему уже очень хотелось к тёплому камельку. А бурчащий живот всё настойчивей вспоминал вкуснейшее рагу с кусочками каплуна – любимое блюдо мальчика.
Чтобы не промокнуть и согреться, Йос уселся на крыльцо, прижался спиной к тёплому дереву двери и обнял скрипичный футляр. Капли дождя судорожно скребли по небольшому козырьку над входом, силясь достать мальчика, но морось всё-таки не могла дотянуться до него, как не старалась.
Сегодня Йос задержался на уроке музыки. Уже начинало темнеть, и вскоре должен был появиться фонарщик. Герр Кюрш всё не уходил, и чтобы скоротать время мальчик достал скрипку. Старую, потёртую – какую только и могла купить ему мама на скудные средства.
Учитель Ян сегодня рассказывал об импровизации, но как Йос не старался, ничего путного на уроке у него не получилось.
«Закрой глаза и дай музыке плыть через тебя. Ты – это мир, а мир – это музыка.
Шелест капель дождя, шум прибоя и даже проснувшийся рано петух на заднем дворе – часть океана гармонии. Нужно лишь скользить по его волнам…»
Но Йосу ещё только предстояло учиться «плавать». Пока лишь он сразу шёл ко дну, как брошенный за борт якорь. В конце концов учитель Ян махнул рукой, предложив мальчику для начала хотя бы научиться правильно тонуть.
Тонуть. В холодной, как снег, воде. Когда волны накрывают тебя с головой, и жгучие ледяные иглы безжалостны, как вставшая стеной метель непроглядной зимней ночью.
И только горит молчаливый маяк вдалеке. Или фонарь на заметённой снегом площади…

Йос подул на озябшие пальцы и, закрыв глаза, сделал первое движение смычком.
Проходивший мимо старый фонарщик на мгновение остановился у крыльца, бережно поставив рядом с мальчиком светящийся хрустальный шар, в котором бушевала метель. Зажёг висящий рядом фонарь…


Пошёл снег.
Густой пух закружил по скромному скверику, укутывая в белое вечнозелёные деревья, усталые скамьи, озябший фонтан и одинокий разгорающийся фонарь.
На пустых парковых подмостках, словно и не замечая налетевшей вьюги, танцевала изящная балерина. Закрыв глаза, не видя ничего вокруг, она кружилась и кружилась под одну ей слышимую мелодию, изгибаясь в невообразимых позах.
Перед сценой стояли двое: бородатый гном в колпаке с бубенцом и запряженный в расписные сани олень – единственные зрители странного немого танца.
- Как думаешь, - гном почесал спутанную седую бороду, - она когда-нибудь остановится?
Олень тряхнул головой, пытаясь сбросить с холки нападавшие снежинки, пожевал губами:
- Не раньше, чем кончится снегопад…

* * *
За окном резвилась мартовская капель. Воробьи купались в лужах, и детвора пускала по ручьям кораблики из старых деревянных башмаков.
Всё позже зажигались фонари после коротких зимних дней.
Йос – молодой человек в поношенном студенческом камзоле, сидел подле постели матери, стискивая кулаки. Стискивал так, что костяшки белели пуще снега, а ногти впивались в ладони. Мама кашляла, кашляла с надрывом, давясь при вдохе, прижимая к губам окровавленную тряпицу.
Герр Кюрш умер под Рождество – чахотка оказалась сильнее. Его жена и дети не плакали на похоронах. Для того чтобы делить наследство, слёзы не нужны.
Теперь наступала очередь матери Йоса, что ухаживала за оставленным родными Кюршем, не ведая того, что сама больна. Порошки, мази для втирания, которые юноша покупал на последние сбережения – всё без толку. Ни одна микстура не могла победить болезнь. Лекарства лишь оттягивали неизбежное.
Спускался вечер, и в комнате становилось темно. Больная перестала кашлять и на время забылась сном.
Юноша ещё какое-то время обождал, прислушиваясь к дыханию матери – но оно было на удивление ровным и умиротворённым, словно тяжёлая болезнь и не наступала.
Йос поцеловал маму в лоб и вышел. За последние недели он измотался, как скакун, загнанный стремительным почтовым курьером, и ему совершенно необходимо было поспать хотя бы несколько часов. Однако стоило ему прилечь и утонуть в перине, долгожданный сон ушёл.
За приоткрытым окном противно скрипел раскачивающийся на ветру фонарь, и доносились гулкие шаги приближающегося фонарщика. Старик на мгновение остановился у старого столба возле дома Йоса.
Стало светлее.
И тут на Йоса, помимо лютой бессонницы, накатила безудержная тоска. Он чувствовал себя как выброшенный на необитаемый остров матрос: разбита шлюпка, нет припасов – сплошное голое отчаяние. Один, совсем один.
На стенах плясали тени. В окнах мелькали блики от зажегшегося уличного фонаря. В такт мерцал хрустальный шар, его счастливый талисман из детства.
Порывисто поднявшись с кровати, Йос подошёл к столу. Заглянул в бесконечную метель.


Движения отточены, стройны и изящны. Па, ещё па. Одна в одной только ей слышимой гармонии. Под хмурыми взглядами гнома, кутающегося в куртку, и оленя в упряжке, притопывающего на месте.
- Знаешь, иногда я начинаю сожалеть, что мы с тобой не можем так же, на сцене, - буркнул гном, - хоть согрелись бы.
- Дурак ты! – беззлобно протянул олень. - Где ты видел, чтоб зрители на сцену лезли? Наше дело стоять, раскрыв рты, и восхищаться. Ты, бездельник, к слову, хоть поаплодировать можешь…


Скрипит перо, заглушая доносящийся из соседней спальни кашель проснувшейся матери. Капают негаданные слезы на бумагу, мешаясь с чернилами в хитросплетениях нот…
…К утру мать Йоса умерла.

* * *
Август – месяц невест. Месяц урожая, спелых фруктов, наливных лоз и ароматных цветов. Месяц счастья.
Йос Энкельфауд, молодой талантливый композитор, ученик Старого Яна, пребывал в радостном волнении. Его молодая супруга была на сносях. И со дня на день должна была разрешиться от бремени.
Повивальные старухи, все как одна твердили, что чета Энкельфаудов ждёт наследника. Не сопливую девчонку, которой нужны будут куклы, платья и кружева. А мальчугана – бойкого и смелого. Как моряк, каким когда-то хотел стать сам Йос.
В это утро он по обычаю проснулся пораньше, для того чтобы приготовить завтрак. Последние несколько месяцев он каждый день баловал супругу, принося угощение ей в постель.
Мурлыча под нос что-то торжественное, он мыл фрукты, выкладывал их на поднос, стараясь не шуметь, чтобы раньше времени не разбудить жену.
Главное – после не забыть перенести мелодию на бумагу. Йос нутром чувствовал, что из этого мог родиться его новый шедевр.
- Милый… - тревожный оклик супруги заставил его резко обернуться. Лике стояла на лестнице, растерянно прижимая ладони к животу. Подол её ночной рубашки был мокрым, - милый, мне страшно. Кажется, схватки начались.
- Но… - Йос замер с подносом.
- Быстрее беги за Мартой, прошу тебя, - голос Лике задрожал.
Проводив жену обратно в постель, Йос стремглав бросился за старой повитухой, которая в своё время принимала роды у его матери.
Торжественная мелодия, не выходящая из его головы, стала тревожной…
…Битый час он сидел подле двери спальной, слушая страшные крики и попутные слёзные всхлипывания в промежутках между потугами у супруги, которая всё никак не могла разрешиться.
Тревога неумолимо переросла в страх. Страх, граничащий с ужасом, окутал его липкой паутиной. Как паук пеленает жертву.
Дрожа, будто в лихорадке, Йос ушёл к себе в кабинет на первом этаже, но и там его преследовали стенания жены, превращая комнату в пыточную. Он сел в кресло и принялся покачиваться, обхватив голову руками, пытаясь ладонями зажать уши, чтобы не слышать криков боли. Но отзвуки мук Лике набатным крещендо отдавались в его голове.
Внезапно всё стихло.
Плечи Йоса напряглись так, как будто на него всей тяжестью рухнул сам небесный свод – ноша под силу лишь мифическому Атланту. Если молчание обессиленной родами супруги было понятно, то почему не кричал новорожденный?
- Герр Энкельфауд, ваша жена… и ребёнок… - повитуха, без стука открывшая дверь и застывшая на пороге его кабинета, давилась слезами, - они… они…
Боль потери воспламенила разум, подобно искре, от которой вспыхивает порох. Вспыхивает, чтобы мгновенно сгореть.
Хрустальный шар на подоконнике нестерпимо полыхнул.


Пурга. Ледяная круговерть с пробивающимися каплями дождя.
Две солёных полосы – два ручья, прочерченных сквозь слои грима. От глаз до подбородка.
Неистовая кода в снежном вихре.
- Мне кажется или она плачет? – олень с грустной мордой повернулся к гному.
Тот ничего не ответил. Только пристально во все глаза смотрел на балерину, утирая собственные слёзы.


Дальнейшее происходило словно в тумане. Как из-под земли появился коронер, забрал тела Лике и их с Йосом мертворожденного сына. Пообещал, что похороны и все заботы с ними связанные возьмёт на себя община.
Потом были ещё какие-то люди, высказывали соболезнования, перешептывались, глядя на побелевшую в одночасье голову герра Энкельфауда. Йос что-то им отвечал, часто невпопад и равнодушно, как будто случившееся горе его не касалось.
…Близился вечер. Сочувствующие разошлись по домам, пообещав непременно быть на похоронах. Йос запер за ними дверь и вернулся в кабинет. Было душно, и он отворил окно.
Гармония, по чьим волнам он скользил, пронзила его. Пронзила и выбросила на рифы, как беспомощный перед властью шторма корабль. Получив смертельную пробоину, он шёл ко дну.
Хрустальный шар всё так же горел нестерпимым белым светом…


Кружились в вихре последние снежинки. Завершался казавшийся бесконечным танец под гаснущую мелодию.
Балерина торжественно и печально сложила руки и опустилась в финальном реверансе.


…Смолкало крещендо, стучавшее кузнечными молотами в виски. Уходила прочь мелодия, вслед за чернилами на острие пера, ласкающего бумагу.
Йос бросил последний росчерк пера, поставив подпись. Гармония сохранена. Её история не утеряна. Она расскажет о трагической гибели «корабля» Энкельфауда каждому заинтересованному слушателю. Сам же «корабль»…
Скрипнул верхний ящик стола. На мгновение дрогнули руки, заряжая пистолет.
Щелчок.
Искра иглой коснулась пороха.
Раздался выстрел.
…Ветер, пробравшийся в открытое окно через занавески, трепал седые волосы и ворошил исписанные вереницей нот страницы с каплями чернил и крови.


Успокоившись, замерли снежные вихри, мучавшие сквер. Отряхнулся олень, переступил с ноги на ногу. И гном оправил бороду, печально динькнув бубенчиком на колпаке.
Оба с грустью смотрели на заплаканное лицо застывшей в реверансе балерины.
Снегопад закончился.


Проходивший мимо старый фонарщик на мгновение остановился у открытого окна, бережно взял с подоконника ярко горящий хрустальный шар и неторопливо пошёл дальше, неся людям его свет, зажигая по дороге новые огни…

@темы: {◕ ◡ ◕}, голь на выдумки хитра, личное, омск головного мозга, творчество

17:45 

Щелчок пальцами

Мьёльнир
Ум богатеет от того, что он получает. Сердце – от того, что оно отдает
Недавнее с Грелки.

Щелчок пальцами

- Смотри, всё очень просто! – я щёлкнул пальцами, и свечи послушно задуло налетевшим порывом, - Теперь во мраке между нами только свет…

Губы привычно ощутили робкий поцелуй неопытной девушки.

Тепло и безудержная страсть. Горячо. Люблю такое предсказуемое, но каждый раз такое неожиданно приятное влечение.

Она будет мягкой и податливой. И нам будет хорошо – моя «волшебная палочка» не делает плохо.



Я потянулся и зевнул. Протяжно, во весь рот. Расцарапанная спина причиняла неудобство, но это мы переживём, не впервой. Небольшой epidermis renovo – и всего делов.

Обожаю первокурсниц. Такая доверчивость, такая восприимчивость к театральным эффектам. Хотя, не слишком важно, с какого курса студентка, итог один. Были уже и те, и другие. Сладкие, сочные…

Нет, конечно, в прошлый год случилась заминка с одной барышней-недотрогой. Но это мелочи. Все прочие разы, как и вчера на Посвящении, сплошные победы. Хотя, галочка-то осталась неотмеченной. Всё из-за этой, недобитой Светом.

Стараюсь не вспоминать о неудаче – не к лицу это кандидату магических наук. Но слишком силён был удар по самолюбию. Впрочем, спишем на то, что девочка была априори строптивой – факультет демонологии, как-никак. По идее, там покорных быть не может. Чай, не какие-нибудь святоши-теологи.

И ведь, кажется, всё правильно делал, по отработанной схеме – улыбка, алкоголь, бла-бла-шоу в виде нескольких банальных студенческих историй, нюни об одиночестве… А в самый ответственный момент, когда свечи уже погасли – фиг вам, а не «свет между нами». Сучка!

- Макс, слышь, не подменишь сегодня? – голос соседа, Серёги Бургомистрова, прервал унылые воспоминания. Он был тосклив, но так умоляющ, - Казанцев, прошу. Ради всего… во что бы ты там не верил.

- Тогда с тебя коньяк. Желательно, ХО, - я предпочитал не мелочиться. То, что у меня нет похмелья – не повод безвозмездно пользоваться моей доброжелательностью.

- Замётано, казанова, вали! – Серёга был согласен на всё. - В ближайшее проставлюсь. Только сегодня не мучай, я не гомункул, чтоб столько пить…

Последующий стон в подушку был стопроцентным подтверждением, что меня не обманут, и коньяк найдёт своего владельца.

- Давай, колись, кому и что читать? – я вылез из-под одеяла и заправил постель с чётким намерением успеть сходить в душ и позавтракать.

- Теория функций комплексных пентаграмм, - страдающий Бургомистров всплыл из подушки, протяжно вздохнул, - сегодняшняя тема – влияние параметра Хаоса.

И плюхнулся обратно.

- А подопытные-то кто?

- Дмнлги, втрй крс… - еле слышно промямлил Сёрега.



- Добрый день! Зовут меня Максим Феоктистович, и сегодня именно я проведу ваши занятия, - я вошёл в аудиторию и окинул взглядом контингент слушателей.

Не люблю второкурсников. Они ещё не до конца забыли всё то, чему и как их учили в школе, и считают себя умными, всезнайками.

Но вся эта перегруженность информацией в элитарных лицеях и гимназиях приводит к тому, что на первом курсе «студни» не слышат ничего нового. И целый год их, банально, душит лень.

Второй курс – как лакмусовая бумажка, которой алхимики проверяют качество зелий. Если лень ещё не окончательно задушила способности к обучению, то есть неплохие шансы, что доживут до выпуска. Если же окончательно превратятся в амёб, то конец второго или начало третьего курса и их съедят, отрыгнут и выплюнут, как неусвоенную биомассу.

Вот и сейчас на меня смотрело девять пар ленивых глаз. Демонологи? Тьфу! Одно название. Таким не то что настоящего демона пытаться призывать – импов и то доверить страшно.

Правда, были ещё одни глаза, в которые я старался не глядеть. Да, те самые: хитрый строптивый лисий прищур, пляшущие озорные искорки в тёмных изумрудах. И имя очень необычное, запоминающееся: Ниуйя. Главное, не перепутать ударение.



Подкузьмил мне Серёга. Оказалось, что придётся не только лекцию читать – это ещё полбеды. Но то, что грядёт ещё и две пары лабораторных, друг-собутыльник не сообщил.

Рассказать про сопряжение дуг и хорд с учётом поправок – одно. Не проблема исчеркать обучающую доску вереницами формул, графиками и примерами призывающих пентаклей. Заставить недотёп практиковаться и получить результат – вот проблема.

В тёмном подвале-лаборатории, где из света горели одни только свечи (наверное, антуражу для), я ходил от одного круга призыва к другому и шипел сквозь зубы. Тут не то что рассчитать среднеквадратичное хаотичное по методичке, тут, вообще, гнать всех взашей надо. Причём, немедленно.

Нет, конечно, не всех, вру.

Девушка с лисьими глазами сидела у идеально начерченного для призыва импа пентакля. Руны смирения и спокойствия красовались возле каждой вершины, багрово мерцали, набирая силу. Штрихи точны и изящны. Ни миллиметром больше, ни миллиметром меньше.

Я подошёл к её лабораторному столу.

Песок памяти и пергамент исписаны чёткими рядами формул. Пару минут я изучал вычисления, но придраться было не к чему, как бы мне этого не хотелось.

- Браво! – только и оставалось произнести. Я повернулся к ожидающей студентке. Девушка зарделась, - смотрите, разгильдяи, и учитесь. Прошу! – и сделал Ниуйе приглашающий жест, - смело можете призывать своего первого демона.

Глаза лентяев превратились в глаза завистников. Такое вот мелкое бытовое волшебство – указать парням, что девушка круче их.

- Impus summone! – короткий взмах волшебной палочки в изящной руке. И руна призыва падает в центр пентаграммы.

Смотрю на Ниуйю.

Хороша чертовка, хоть и тщеславна, горда.

Сучка. Наслаждается моментом. Но для воспитания остальных – даже полезно.

И на меня глаз косит исподволь. Мол, смотри, какая умница: и тебе отказала, и вот как ещё могу. Кокетка.

Ничего. Бывает, и мужик рожает.

Зашипел открывающийся портал, плюясь в огнём в защитные руны. Появилась проекция мелкого бесёнка с ложкой в одной лапе и горшком каши в другой. И улыбающегося во всю пасть.

Ещё пара огненных плевков, и бес окончательно материализовался. Правда, ложка и горшок исчезли. Раздался протестующий вопль ненасытившегося импа. Его мгновенно налившиеся кровью глазёнки вонзились в Ниуйю. В бешенстве он расправил крылья и бросился на прервавшую его обед колдунью.

Багровые дуги и хорды пентаграммы ярко вспыхнули, напряглись, но выдержали. Натолкнувшись на невидимую стену, бесёнок расквасил себе нос. И тут же грустно сел посреди круга и начал им шмыгать. Перепады настроения у этих демонят могут случаться ежеминутно.

Что и требовалось доказать: через означенную минуту он уже ревел в два ручья.

- Так-с… Демонстрация ваших возможностей прошла великолепно. А теперь госпожа Семёнова, будьте добры, отпустите голодного бесёнка. Видите, страдает, - я зевнул и отошёл от стола Ниуйи, - после чего можете быть свободны. Остальным – повторить опыт, или к коллоквиуму никто допущен не будет. А о зачёте, вообще, сможете только мечтать.

Разгильдяи, кто посообразительнее, закрыли раскрывшиеся от удивления рты и кинулись к песку памяти на лабораторном столе Ниуйи. Шестеро, задрав носы, ушли из лаборатории. Что ж, посмотрим, что с вами Колька сделает. Я по сравнению с ним – добряк, дал им возможность списать у отличницы, и то отказались.

- Максим Ф… Максим Фффеок…тистович, - послышался за спиной девичий голос.

Ну что ж, моя хитроглазая. Слушаю.

- Да, Семёнова?

- Максим Ф… - она опять сбилась. Спасибо моему папаше.

- Ты же помнишь, можно просто Максим, - я повернулся и улыбнулся, глядя на её смущение, - что случилось?

- Я не могу. Нас не учили… - это она про изгнание импа. И куда только вся гордость делась. Только неловкость и досада.

- Это урок вам, барышня. Никогда не делать того, последствия чего сами ликвидировать не в состоянии. Об этом следовало в первую очередь подумать, прежде чем вызывать демона. Но вы так увлеклись собой… Что, конечно, не мудрено.

Она потупила взгляд. Видимо, ей стало стыдно.

А мне было приятно преподать ей небольшой урок. Так же, по самолюбию. В ответ за мою нерасцарапанную год назад спину.

Впрочем, я был доволен не только собой, но и поведением девушки. Не страшно чего-то не знать. Страшно – признаться того, что чего-то не знаешь, и бояться спросить.

- Impus expellere! – столь же резкое движение палочкой, как и при призыве. С одной лишь разницей – в обратном направлении.

Хнычущий бесёнок исчез. Пентакль потух.

- Ну, вот и всё, - я мушкетёрским жестом убрал палочку в ножны на поясе, - можете идти домой, Семёнова. Вы небезнадежны.

Она снова смутилась, покраснела и, кажется, хотела меня ещё о чём-то спросить. Только в этот момент раздалось:

- Imbus summone!

Да твою же магию! Какой самодурок, то бишь самородок, умудрился?! Кому компотом уши мыть?!

Ноги сами резко развернули меня, а рука дёрнулась за оружием.

И ведь в одной букве ошибся, поганец, а какой разлёт параметров. Вместо мелкого и почти безобидного импа призвал Имбу – огромного демона, который может всё, стоит только захотеть. У него самые большие лапы и когти, самая большая пасть и зубы. И самый большой… ну да, тот самый, имбовый уд.

С таким чудовищем я боролся только один раз, и тот – в теории, по дикой пьяни, на спор с профессором, который принимал мою диссертацию. Поиграли мы тогда в квест-миксер знатно.

Естественно, что перечерченная разгильдяем у Семёновой правильная пентаграмма для призыва импа, разлетелась в дребезги при появлении Имбы. Демон раззявил пасть и издал утробный звук. Его имбовый уд свисал, действительно, гораздо ниже колен.

В ужасе завизжала Ниуйя, опускаясь на колени и прижимая ладони к вмиг задрожавшим губам. К её визгу присоединились вопли бросившихся врассыпную недотёп-студентов.

Ну, память, не подведи… А то Бургомистров сэкономит на коньяке.

Я щёлкнул пальцами. Свечи в лаборатории послушно задуло налетевшим порывом. Ещё истошней завизжала Ниуйя.

Погоди, милая.

Теперь во мраке между нами…

- Disparitas Imbus Statera et Lucem Expellere!

… только свет.

Бросок солнечного копья разорвал темноту. И слившегося с ней Имбу. Корректировка демонического баланса от Максима Казанцева, прошу запомнить. А у кого плохо с памятью – запишите.

Зажглись погашенные мгновениями ранее свечи.

Взглянув в изумруды глаз Ниуйи, куда заместо ужаса и слёз пробралось восхищение, я подумал о том, что готов щёлкнуть пальцами для неё ещё как минимум раз. И, желательно, сегодня вечером.

Ты только не бойся и больше не плачь, Семёнова!



Обстановку для свидания я выбрал соответствующую: круг призыва, пентакль, хорды, дуги – всё как по учебникам. Свечи и бутылочка «Крови демона», полусладкого.

- Хочу, чтобы всё было, как в первый раз, - Ниуйя игриво коснулась ноготками моей груди.

- Прямо так и всё, Семёнова? – несмотря на сегодняшний урок для девушки, воспоминание о прошлогодней неудаче никуда не ушло. И сейчас оно для чего-то вновь укололо. Больновато.

Но пальцами я щёлкнул, потушив свечи.

Теперь между нами…

- Погоди. Ну, не совсем, как тогда, - по голосу я понял, что она смутилась. Или, по крайней мере, сделала вид, - давай всё по-другому. После того, что было сегодня в лаборатории, я боюсь в темноте, - последние слова она пробормотала, уже прижимаясь ко мне всем телом.

- Конечно, дорогая! - по моему лицу расплывалась довольная улыбка. Беззащитный демонолог, который не может без света – анекдот, не иначе, - Для тебя – всё, что угодно!

Я щёлкнул пальцами, и свечи послушно вспыхнули.

- Теперь на свету… меж нами только мрак… - закрыв глаза, я поцеловал горячие ждущие губы.

И почувствовал, что наутро моим плечам и спине будет очень плохо.

@темы: творчество, омск головного мозга, личное, голь на выдумки хитра, {◕ ◡ ◕}

Молот Тора

главная